На 10 процентов "высокой" литературы должны приходиться 90 процентов качественной массовой - Мартин Якуб

"Пока с распадом Союза украинцы пытались создавать какие-то новые смыслы, искать их в пост-модернизме, та же русская литература писала о гопниках, бандитах и ментах, и тем самым фактически заполнила и украинский литературный рынок", - считает писатель Мартин Якуб. По этим же причинам украинская литература не известна должным образом не только за рубежом, но и среди украинцев. Однако поколение нынешних 35-45-летних писателей, которые выросли на грани эпох, сейчас творит новую и интересную миру украинскую литературу. Об этом Мартин Якуб рассказал в интервью Gazeta.ua. Почему, по вашему мнению, украинская литература длительное время занимала до сих пор занимает довольно узкую нишу спроса по сравнению с той же русской и другой зарубежной литературой? Основной причиной, в которой я вижу немного недостаток украинской литературы, является то, что она замкнута на себе. Смыслы, которые мы производим, для людей за рубежом могут быть чужие. Например, мексиканский писатель Гильермо Арриага был сценаристом культовой картины "Сука-любовь". Его роман "Дикий" - это история о Мексике, о подростках, о каких-то их раскладах, о полиции. Фактически плюс-минус все то же, что происходит и у нас. Наиболее близок к этому в украинской литературе Анатолий Днестровой с романом "Пацики". Он, по-моему, ближе всего стоит, чтобы понять, что вообще происходит в стране. Его "Пацики", я считаю, одна из центральных книг украинской литературы. Возможно, недооценена, так как Анатолий - также хулиган. Но он очень умный. Он знает все процессы, которые происходили в мировой литературе, у него смыслов слишком много в книгах, но, кроме того, они достаточно интересно читаются с точки зрения сюжета. "Пацики" - это также автобиография. Конец 1980-х, Тернополь, и эти подростковые банды, которые мы знаем из 1990-х, но на самом деле это началось в конце 1980-х. Анатолий об этом знает через собственный опыт, потому что он был в этой группировке. Он этим не гордится. Но это дало ему достаточно мощные знания о теме. Арриага тоже пишет понятно, у него смыслы общечеловеческие. Бэкграунд может быть любой, но идеи, которые пропагандируются, общечеловеческие. Мне, украинцу, было читать роман о Мексике абсолютно окей, а мексиканцы украинскую литературу не читают. Мы должны создать что-то настолько крутое, чтобы все об этом заговорили. И чтобы это не была какая-то чисто туземная литература - о нашей боли, о нашем многовековом страдания. Интересны именно истории конкретные - маленьких людей Они просто не знают о ней. Может, я в том не прав, когда категорически говорю, что не примут ее. Наверное, они действительно просто о ней не знают. Но тут дело в том, что мы должны создать что-то настолько крутое, чтобы все об этом заговорили. И чтобы это не была какая-то чисто туземная литература - о нашей боли, о нашем многовековом страдании. Интересны именно истории конкретные - маленьких людей. Например, Фредерик Бакман выбирает вообще мега-локальные какие-то ситуации и в позитиве без всякой агрессии и без особых закатываний глаз описывает их. Шесть миллионов тираж для него - это нормально. Интересно, что Украина может говорить на понятном миру языке на том же Евровидении, быть в тренде музыкально, а вот литература как-то не выстреливает. У меня есть версия на этот счет. На меня и так вся литературная тусовка будто обижена, они меня не воспринимают. Я ни в коем случае не умаляю вклад наших писателей, которых мы сегодня знаем как канон и элиту, но в то время, пока с распадом Союза украинцы пытались создавать какие-то новые смыслы, искать их в пост-модернизме, та же русская литература писала о гопниках, бандитах и ментах, и тем самым фактически заполнила и украинский литературный рынок. Где-то поэтому и не читают люди украинское так массово, как российское. Ибо оно преимущественно очень умное и хорошо написано, но оно неинтересно. Если сравнить с кинематографом, то у нас достаточно много денег выделяемых на кино, но окупаются только фильмы а-ля "Скажене весілля", которые наша интеллектуальная элита называет кино ниже плинтуса, с шутками на уровне гениталий. Но тем не менее это единственное, что приносит деньги. Потому кинематограф и литература - это бизнес. Если люди не будут читать, то он не будет развиваться. Поэтому должно быть десять процентов крутой литературы типа Андруховича и Прохасько, но 90 процентов должны быть какие-то детективы и любовные истории, которые несут в себе проукраинскую позицию и сделаны круто, интересно, весело. Потому что еще Шекспир сказал, что единственная задача драматургии - это развлекать людей. У нас эта ниша пока хромает? Ну как хромает? Нельзя сказать, что, например, Кидрук хромает. Кидрук берет и, как таран, идет к людям. Потому что на сорокомиллионную страну 200 книжных магазинов только в каких-то городах, то неудивительно, что у нас люди не читают. Я так посчитал, что с нашими тиражами украинскую литературу читают на всю страну тысяч сто человек всего. В первую очередь потому, что даже не знают, что такая есть, и она интересна. Но Кидрук не один такой. Есть и другие писатели, которые должны заполнять эти 90 процентов потребностей. Есть Кидрук, есть Павлюк, есть Дорж Бату, много. Это поколение людей в возрасте 35-45 лет, которое выросло на грани эпох. Они еще были пионерами, но уже не побывали в комсомоле. Эти чуваки и будут творить новую украинском литературу. То есть писатели есть, но пока или нет раскрутки, или мы просто привыкли читать не наше. Если, например, выходит книга Павлюка "Я вижу, вас интересует тьма", и первый тираж в три тысячи экземпляров продается за три недели, то это хороший темп. Поэтому перспектива есть, и все мы над этим работаем.


Другие новости на "Gazeta.ua"

Фото сюжета