Как ветеран АТО возвращался к мирной жизни

Вернувшись с войны, открыл мобильную кофейню Veterano Coffe Почему то, что я делаю, никто не ценит? Фокус >>  25.08.2016 09:12

О встрече мы договорились заранее, даже успели подружиться с Виталием в Facebook. Тем не менее поначалу он воспринимает меня с настороженностью и неохотно уступает другу место у станка. Обслуживать гостей кофейни Ветру явно приятнее, чем бездельничать на скамейке, рассказывая свою историю адаптации к мирной жизни.

Мою жизнь можно условно разделить на до и после войны. До я получил кулинарное образование, устроился поваром горячего цеха в один из столичных ресторанов. Во время проведения Евро-2012 подрабатывал в фан-зоне, даже грамоту получил за кулинарную креативность. Позже познакомился с ребятами, которые работали в сети мобильных кофеен, освоил профессию бармена-бариста.

2013-й запомнился мне не только разгоном Майдана, но и знакомством с Валерой Хартманом. Мы подружились. А потом он заявил, что уйдёт на войну. Спросил: Ты со мной? А я был не готов. Он ушёл в АТО без меня. Спустя полгода, летом 2014-го, я наткнулся в интернете на пост о том, что в ирпенском госпитале скучает парень-атошник, который был бы рад, если бы его навестили. Посмотрел на фото да это же Валера. Я обрадовался, набрал его, пообещал приехать.

Как-то незаметно подкрался вопрос: а что я делаю в этом мире? Почему то, что я делаю, никто не ценит? Стало ясно: вряд ли я научусь по-настоящему ценить себя и свой труд, если продолжу работать на дядю

Ветеран АТО Виталий Мартыненко (Ветер) о решении заняться собственным бизнесом

Переломный момент наступил в госпитале. До этого я жил по примитивной схеме: работа, дом, снова работа. Ни о своём завтрашнем дне, ни о будущем страны не задумывался. Всегда был против армии и военщины. Приехав навестить Валеру, я увидел тяжелораненых и бойцов без рук или ног. Почувствовал, что жить как раньше больше не смогу. Попросил Хартмана познакомить меня с волонтёрами, отправить на фронт. Примерно через неделю после этого разговора Валера отвез меня к волонтёрам. За сколько же он меня им продал? За две банки тушёнки, кажется (смеётся). Так я стал помощником волонтёра Инны Ткачевой.

В зону АТО сначала поехал как волонтёр. Сопровождал груз в Счастье, потом в Луганск. Понял: пора на фронт. В 2014-м уехал в учебный корпус батальона Айдар, в апреле 2015-го подписал контракт, служил в 93-й отдельной механизированной бригаде. В сентябре того же года перевёлся в 25-ю ВДВ.

Мне хотелось действовать, отвоёвывать наши территории у врага. А мы, грубо говоря, числились в зоне АТО, но ничего для страны не делали. Меня, признаюсь, это начало напрягать. Потом ухудшилось состояние здоровья, и я списался. Вернулся в Киев.

Что я понял, когда вернулся? Осознал, что никому не нужен, только себе и близким, ряды которых заметно поредели. Было сложно адаптироваться. Мне пришлось заново учиться многим вещам: как говорить, что писать, как ходить по этой брусчатке. Помните фильм Дивергент? Мне казалось, что я один из таких.

На гражданке у меня появилось хобби, которое способно приносить дополнительный доход. Однажды в каком-то торговом центре я увидел бутик с бескаркасной мебелью. Цены две, три тысячи гривен. Подумал: себестоимость таких пуфиков и груш гораздо ниже. И я загорелся идеей создания качественной мебели по приемлемым ценам.

Стартовым капиталом стала моя зарплата 7000 грн. На эти деньги я купил ткань. Не знал, какую именно надо покупать, взял пенополистирол. Сшил первый пуфик. Понял: что-то пошло не так. Пришлось найти швею, договориться с ней о помощи.

В первый день, когда я объявил, что буду шить пуфики, заказов было очень много. Новость разлетелась по Facebook: около 34 тысяч перепостов, более 20 000 лайков. Потом как-то волна схлынула, желающих приобрести бескаркасную мебель стало меньше.

Как-то незаметно подкрался вопрос: а что я делаю в этом мире? Почему то, что я делаю, никто не ценит? Стало ясно: вряд ли я научусь по-настоящему ценить себя и свой труд, если продолжу работать на дядю.

Появилась идея открыть мобильную кофейню. И у меня, и у Валеры есть опыт работы в этой сфере, понимание того, как работает такая система. Пришло время создать собственную. Место у озера мы выкупили на год. Ни много, ни мало 32 000 гривен. За счёт компенсации Хартмана (за ранение. Фокус) купили прицеп, оборудование.

Мы платим налоги. Раз кофейня приносит нам прибыль, почему бы и нет? Всё должно быть законно.

По словам врачей, многие атошники впадают в депрессивно-агрессивное состояние. Но у меня нет на это времени, в планах открыть ещё одну кофейню. И, конечно, наладить производство бескаркасной мебели всех видов.

***

По просьбе Фокуса ещё четверо ветеранов рассказали о том, как, вернувшись с войны, они открыли собственный бизнес. В их жизненных историях есть и успехи, и поражения. Их бизнес-кейсы могут оказаться полезными и начинающему менеджеру, и состоявшемуся предпринимателю. Да и не только им. В конце концов это просто учебник жизни. В ближайшее время читайте в журнале Фокус и на сайте Focus.ua

Кто он


Cтарший солдат, ветеран АТО

Почему он


Вернувшись с войны, открыл мобильную кофейню Veterano Coffe

С Виталием Мартыненко (позывной - "Ветер") мы встречаемся в киевском парке Тельбин. Здесь на берегу одноимённого озера он вместе с другом-фронтовиком Валерием Липинским (Хартманом) открыл собственную мобильную кофейню.

Ветер и Хартман ровесники. Им по 24. Оба одеты в гражданское. Отшучиваются, что, работая на жаре, не только от военной формы, но и от футболок с шортами хочется отказаться. И всё же, несмотря на цивильный прикид, эти двое выделяются из толпы посетителей парка то ли чёткими, выверенными движениями, то ли колючкой во взгляде, которая не исчезает, даже когда парни улыбаются.

Примерно через неделю после этого разговора Валера отвёз меня к волонтёрам. За сколько же он меня им продал? За две банки тушенки, кажется

Фокус

ФОТО:

Фокус: Туда и обратно. Как ветеран АТО возвращался к мирной жизни

Другие новости темы:


Еще ссылки (1) про «Как ветеран АТО возвращался к мирной жизни»

Калейдоскоп событий